Два десятка младенцев

ДитяФильм «Дитя» братьев Дарденнов - это объединенные усилия двадцати бельгийских малышей и разбросанные игрушки нового поколения Европы. Стильная куртка, коляска с младенцем, подвал, мотороллер... Фильм «Дитя», получивший в прошлом году «Золотую пальмовую ветвь» 58-го Каннского фестиваля, бельгийские режиссеры Люк и Жан-Пьер Дарденны снимали ручной цифровой камерой. Зафиксированные ею подробности — свидетельство беззаботных приключений молодой бельгийской пары. Впрочем, эту рассказанную в духе неореализма историю, вряд ли можно назвать комедией. Скорее, она относится к свойственным Дарденнам реалистичным драмам, сюжеты для которых они ищут в повседневности.

Что представляет собой «Дитя», киевляне смогут увидеть уже на этой неделе. В Киеве фильм «Дитя» появится на мини-фестивале Французского культурного центра, устраивающего в семи городах Украины «Вечера французского кино».

Вместе с тем фильм принадлежит Франции только наполовину. Дарденны сняли его в Бельгии в малоизвестном промышленном городке Сирен, уложившись в бюджет в 2,5 млн евро, используя любимые приемы минимализма. И сразу же предоставили европейской кинокритике основание говорить, что у ведущего режиссера-аскета Робера Брессона, фактически оставившего режиссуру, появилась достойная смена. Впрочем, о реинкарнации или даже преемнике здесь речь не идет. Фильм «Дитя» свидетельствует о том, что Дарденны — не более чем искусные пересказчики. Несмотря даже на то, что мировая критика сравнивает их с неореалистом Роберто Росселинни и приписывает им родственность с документальным кино. Эти режиссеры действительно проникаются правдивостью фактов, служащих им основанием для сценария драм. Однако это еще не означает, что они добиваются публицистического изложения событий в стиле жалостливого телевизионного «Проти ночі». Дарденнам ближе более глубокие и красноречивые идеи натурализма. Недаром же перед тем как приступить к своему первому фильму «Я думаю о вас», они в театре пытались передать реальность событий.

Поинтересоваться психическим состоянием 20-летней Европы уже немолодых Дарденнов вдохновила одна нервная девица в их родной стране. Каждое утро она шла по улице, нервно дергая детскую коляску. В воображении корифеев авторского кино эта картинка приобрела продолжение. Максимально детального, поскольку режиссеры придирчивы к природе судьбоносных пощечин, которые достаются бедным и обездоленным. По сюжету стресс получают 18-летняя Соня и ее немногим старше приятель Бруно. Девушку мы видим впервые: ее роль сыграла актриса-дебютантка Дебора Франсуа. А вот ее ветреный напарник — Джереми Ренье запомнился по фильму Дарденнов «Сыновья». У этой беззаботной пары рождается малыш Джимми — ради правдивости в пробах и съемках фильма было задействовано 21 ребенок 1 месяц развитие примерно одикового.

Как и каждая нормальная европейка, Соня не спешит взрослеть, предпочитая носиться по газонам с банкой пива. Ее не смущает, что ей приходится жить в лачуге на берегу реки. Зато завтра она развлечется на прогулке в арендованном кабриолете. Но настоящий ребенок — это сам папочка Бруно. Не обремененный моральными ценностями или хотя бы стабильными убеждениями, он зарабатывает на жизнь кражами и мелкими махинациями. Где-то на второй день отцовства он сбывает... собственного сына Джимми. И долго пытается понять, почему, услышав эту весть, Соня лишилась чувств.

Плакать рановато: Дарденны — почитатели Тарковского — не моралисты. К счастью, их третья драма свидетельствует о полном отсутствие поучительности. И дурачество, и действительно счастливые минуты Сони и Бруно подобны легким акварелям. Все, что происходит с этой парой, — непринужденно и непредсказуемо. В конце концов, режиссерам хватило такта оставить и слабаку Бруно и, собственно, зрителю пространство для самостоятельного осмысления событий.

Следовательно, Дарденны привезли в Канны абсолютно простую житейскую историю, рассказанную в лучших традициях кинематографической риторики. Ни эмоциональные диалоги, ни мистические перипетии, ни музыкальные средства вместе с компьютерными спецэффектами в этом случае не понадобились. То есть, у жюри Каннского фестиваля наконец появился случай посмотреть, собственно, кино. Не это ли позволило выделить «Дитя» среди двадцати фильмов-претендентов на главный приз фестиваля таких неновичков в кинематографе, как Франсуа Озон, Ларс фон Триер или Девид Кроннеберг.